Чемпион мира среди юниоров, дебютировавший в основной команде на последнем этапе Кубка мира, — о Пхенчхане, вертолетах и скандалах вокруг сборной России.

— Как оцените свой сезон?

— На пятерку, все поставленные задачи выполнил. Взял личную медаль на первенствах Европы и мира, выиграли эстафету, все сложилось отлично. Удовлетворен и формой, и стрелковыми показателями. Дебютом на Кубке мира остался не совсем доволен, видимо, перегорел, сильно хотел себя показать. Но ничего страшного, будем стараться. Набираюсь мотивации на следующий сезон.

— Ожидали, что в 19 лет сможете дебютировать на Кубке мира?

— Были лишь мечты. Но, выходит, мечты могут становиться явью.

— Заранее знали, что поедете?

— Знал только про Кубок IBU. После того, как пробежал спринт, мне сказали: у тебя час на сборы, едем на Кубок мира. Не ожидал! Уже хотел домой, собирался на Камчатку — билеты были куплены, пришлось из сдавать. Но повод был приятный, конечно же. Все-таки на таком уровне не каждому юниору выпадает шанс пробежать. Если уж он выпал, то надо им воспользоваться.

— Главная цель любого спортсмена — Олимпиада. Прежде думали про Пхенчхан или держали в голове Игры-2022?

— Если честно, загадывать не хочу. Есть желание работать в два раза больше, чем в прошлом сезоне. Побороться за место в основной команде — это, конечно, было бы хорошо. Но пока я все же юниор. Хочу выразить огромную благодарность всему тренерскому штабу юниорской и взрослой сборной, Александру Владимировичу Касперовичу сказать огромное спасибо.

— Какие цели на следующий сезон?

— Еще не их обсуждали с личным тренером Жадгиром Махамбетовым. Но как правило цель одна — высокие результаты на протяжении всего сезона. Мы с тренером работаем уже третий год, он очень хороший специалист и психолог.

УЖИНАЛ С ВИРЕР

— Что удивило на Кубке мира?

— Наверное, то, что все там — такие же люди, как и мы. По телевизору кажутся больше и сильнее, а когда с ними на одной трассе, все одинаковые. Просто у кого-то больше опыта, у кого-то меньше.

— Поняли, что пропасти между вами нет?

— Конечно, разница есть, но я не чувствую, что она огромная, с учетом того, что я перешел первый год в юниоры. Проиграл 1.30 лидеру ходом — это очень хорошо. Есть к чему стремиться, непобедимых не бывает.

— Какие выводы сделали по итогам Кубка мира? Может, кто-то подсказал какую-то фишку?

— Особо не подсказывали, но, конечно, сделал выводы, что буду стараться исправить летом. Технические ошибки в стрелковой части — суетиться надо меньше. Ну и психологию, конечно, надо подтянуть — брать лучшее, что было на Кубке мира.

— Какие эмоции оставили все скандалы вокруг переноса соревнований из России — и юниорский чемпионат мира, и старты в Тюмени… Реакция иностранцев не задевала?

— Стараюсь нейтрально относится, но, конечно, задевает. Просто, думаю, они боятся нас, коль даже юниорский чемпионат перенесли.

— А вы говорите по-английски?

— Немного. С иностранцами потихоньку общаемся. На Кубке мира вот пообщался с Доротеей Вирер, я даже с ней ужинал! Просто сидел за столом, не было других свободных мест — она подсела ко мне. И по-русски говорит: «Приятного аппетита!». А я не растерялся и отвечаю: «Bon appetite». Посмеялись.

ПЕРВЫМ ДЕЛОМ ВЕРТОЛЕТЫ

— Как вы попали в биатлон?

— Начал заниматься чисто случайно. Когда учился в восьмом классе, меня поставили пробежать кросс за нашу школу. И я прибежал третьим, а в нем участвовали сильнейшие спортсмены нашего края — биатлонисты, лыжники. Тренер заметил меня и пригласил. Сначала занимался для себя, потом пошли победы… Когда переехал учиться в Омск, поставил себе цель — первое это образование, а спорт вторичен. Поехал на Европейский олимпийский фестиваль, вернулся оттуда с медалями. Наверное, это и зацепило, понял, что можно и биатлоном серьезно заниматься.

— Насколько знаю, вы еще и авиацией увлекаетесь. Есть приоритет чему-то одному?

— По сезону стараюсь раскидывать — где учеба, где спорт. Вот прямо сейчас, например, закончил писать курсовую по навигации. Вроде бы справился. Приоритета одного нет, у меня пока биатлон и авиация балансируют на чашах весов.

— Если в ближайшем будущем придется делать выбор, что перевесит?

— К ответу пока не пришел. Буду действовать по ситуации. Специальность у меня серьезная, пилот вертолета МИ-8. На сборах в свободное время стараюсь писать конспекты. Конечно, не в таком объеме, в котором нужно, но все равно.

— А практика? Летать же нужно.

— С первого курса начал летать на тренажере, сейчас учусь на втором — сдам зачеты, получу допуск. А практика на настоящем вертолете будет уже после третьего курса.

— Небо — это, наверное, особая тема — однажды влюбляешься и бросить невозможно?

— Да не то что бросить — просто не думать об этом невозможно! И с биатлоном такая же любовь. В октябре вот приезжал на учебу, первые недели две так хорошо, все в кайф. А потом вторая, третья неделя — начинаешь так тосковать по тренировкам. А приезжаешь потом на сборы, такая же история про учебу.

— Разрывает на две части?

— И не говорите! Если бы можно было бы, с удовольствием бы сделал себе клона!

ЧЕМ ТЯЖЕЛЕЕ, ТЕМ ЛУЧШЕ

— Отдыхать поедете после сезона? Или снова учебой займетесь?

— Рад бы полежать на песочке, но у меня учеба. Но на самом деле любой отдых — это смена деятельности. Буду летать, это тоже для меня отдых в какой-то степени.

— О чем вы мечтаете вне биатлона?

— Мечтаю отучиться, получить диплом без троек. Получить пилотское удостоверение, купить свой вертолет и открыть авиафирму. Вот такая мечта. Желательно, конечно, чтобы мы с батьком вместе работали, у него уже тоже почти есть своя авиафирма небольшая.

— На Камчатке?

— Да, как говорится, где родился — там и пригодился.

— А как там у вас на родине?

— Родился я в поселке городского типа Мильково, это триста километров от Петропавловска-Камчатского к северу. Поселок небольшой, около 12 тысяч человек в районе, а в поселке самом восемь или девять. Есть лыжная база, стадион, хоккейные коробки, три школы. В общем, самое лучшее место на Камчатке — это мой поселок Мильково!

— У вас там неплохо развиты лыжные виды спорта в регионе, а в Омске, где вы учитесь, наверное, с этим не так хорошо?

— Да, здесь трассу тяжело найти. В области есть, а в городе мы тренируемся в парках, можно сказать, что вообще ни о чем. Такие условия, даже стрельбища нет.

— Как же вы стреляете?

— Холостой тренаж и стрельба в тире выручают.

— И нормально себя чувствуете на соревнованиях?

— Мы же здорово работаем на сборах с юниорской командой, там есть все условия для тренировок. Видите, думаю, результат не даст соврать.

— Не думали, что если бы условия были получше, то и результаты можно было бы еще прибавить?

— Мне кажется, что чем хуже условия, тем лучше результат. Не раз говорили об этом большие спортсмены, так оно и есть. Конечно, когда на сборах с командой оказываешься в шикарных условиях, возвращаться обратно тяжело.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ