Обозреватель «СЭ» Елена ВАЙЦЕХОВСКАЯ размышляет о том, что будет происходить в российском биатлоне в олимпийский год

Под занавес биатлонного сезона у меня случился разговор с одним из наиболее значимых спортивных руководителем советских и российских времен Валерием Сысоевым. В самом начале 90-х он возглавлял футбольный клуб «Динамо» — был его первым президентом. Вспоминая о том периоде, он сказал:

— Футбол — это каста. Которая очень жестко отрицает приход в свою среду людей со стороны. Если ты не из этого мира, никогда не сумеешь что-либо футбольным людям объяснить. С ними невозможно спорить ни о чем: вам столько наговорят в ответ, что убедят в чем угодно. Например, в том, что футболисты работают больше всех и тяжелее всех, и что к этому виду спорта неприменимы никакие общепринятые мерки.

Подобной кастой с некоторых пор стал российский биатлон. Такое мироощущение принялось буйно расцветать, когда с одной стороны к руководству СБР пришел известный олигарх Михаил Прохоров, с другой — финансирование национальных сборных со стороны Минспорта вышло на новый качественный уровень. Появились деньги, причем огромные, и мало-помалу все привыкли, что финансовое благополучие лишь в малой степени связано с результатом.

КАК ОБУСТРОИТЬ СТРЕЛЯЮЩУЮ РОССИЮ

Понятно, что в этом антураже процесс подготовки результата просто не мог не уйти на второй план. На первый же вышло желание как тренеров, так и самих спортсменов, любой ценой самосохраниться в системе.

Одна из самых незавидных позиций сейчас у президента СБР Александра Кравцова. Если почитать все то, что в адрес отечественного биатлона успели наговорить за последнюю неделю многочисленные эксперты, задача найти ответ на исконный российский вопрос: «Что делать?» становится совершенно нерешаемой. Советов, как обустроить стреляющую Россию, множество. Но при этом брать на себя ответственность уже за будущий олимпийский результат не пожелает наверняка никто.

Есть ли у нашей сборной шансы завершить олимпийский сезон успешнее, нежели был этот? На мой взгляд, их немного. Причина прежняя: в СБР и у тренеров сборной полностью отсутствует какая бы то ни было концепция на этот счет.

Один из экспертов — профессор Илдус Губадуллин — заметил в своем интервью, что прежние советские методики, по которым готовили команды Александр Привалов и Виктор Маматов, давно уже потеряли свою актуальность, и продолжать по ним работать — самоубийство. Как раз Привалов в свое время более чем убедительно объяснял совершенно обратное. В частности, что отказавшись от больших объемов работы в межсезонье, биатлонисты принесли в жертву веяниям времени одну из глобальных основ подготовки: объемы позволяли «раскочегарить» липидно-жировой обмен и заложить фундамент, позволяющий спортсмену быстро стартовать и столь же быстро завершать дистанцию.

Сейчас же, отрицая прежние и дававшие результат наработки, биатлонистам не предложили взамен ничего, что было бы столь же действенным.

ИЗ СООБРАЖЕНИЙ САМОСОХРАНЕНИЯ

Парадоксально, но ни одного тренера, способного внятно объяснить, что и зачем он делает, в нынешней сборной нет. Индивидуально работающий с Антоном Шипулиным уже третий год Андрей Крючков, говоря о подопечном, сказал: сборная — это не то место, где позволительно экспериментировать — там нужно давать результат. При этом сложно не видеть, что работа самого Крючкова — тот же самый эксперимент. Просто ведется он на более высоком — в сравнении с остальными спортсменами — уровне. Но не в силу профессиональных знаний тренера, а прежде всего в силу «исходного материала»: то, что Шипулин имеет все шансы вырасти в биатлониста экстра-класса, говорилось еще в те времена, когда Антон только начинал выступать на юниорском уровне.

Получается замкнутый круг. Можно сколько угодно говорить о том, что многоступенчатый отбор в команду психологически выматывает спортсменов и нужно принимать какие-то меры для того, чтобы в нервном плане сохранить хотя бы лидеров команды, но по большому счету не суть важно, кто именно попадет в руки тренеров сборной: недееспособна сама система, с помощью которой многочисленные специалисты пытаются вывести своих подопечных на пьедестал или хотя бы в «цветочную» зону. А меж тем наступила как раз та фаза подготовки, когда ни один здравомыслящий человек не возьмется рисковать — ни с методиками, ни с отбором, ни со схемой подготовки в целом — все из тех же соображений самосохранения.

И рождается достаточно лукавый оборот: мол, не тот товар. Баба Маша не родила. Хотя итоги уже второго сезона подряд с единичными, но яркими всплесками в виде побед Максима Цветкова, Антона Бабикова, Ольги Подчуфаровой, Татьяны Акимовой, Ирины Старых, Александра Логинова наводят совсем на другие мысли: «товар» — тот, а вот руки и головы тех, кто этим товаром распоряжается, оставляют желать лучшего.

КЛАДБИЩЕ ЗВЕЗД

Главная трагедия российского биатлона заключается ведь вовсе не в том, что мы из года в год недосчитываемся запланированных подотчетных медалей. А в том, что в этом замкнутом кастовом мирке с каждым годом ширится свое внутреннее, надежно укрытое от посторонних взглядов «кладбище» — тех, кто мог, хотел, исступленно работал, был готов на любые жертвы (и шел на них!), положил на биатлон свою жизнь — и ничего не добился. Тренерская карьера — она в этом плане гораздо менее жестока, нежели спортивная.

Возможно, я сгущаю краски. Но не готова восторгаться вторым местом Шипулина в общем зачете Кубка мира при том, что он способен быть первым. Как и теми позициями, что Антон продолжает занимать в личных гонках мировых первенств.

30 марта биатлонному руководству предстоит в очередной раз обсудить сложившееся положение и принять решения по подведению команды к самому важному сезону четырехлетия. Переназначить тренеров или, напротив, оставить их на своих местах. И самое время каждому из всей нашей тренерской братии задаться вопросом: «А имею ли я моральное право продолжать эту работу, не зная, как довести ее до конца?»

Фото Андрей Аносов, СБР

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ